Состояние минеральной плотности костной ткани в популяции женского населения Кыргызской Республики
Аннотация
Остеопороз – это прогрессирующее заболевание, характеризующееся снижением минеральной плотности костной ткани, что приводит к повышению хрупкости костей и риску переломов. Цель исследования – оценить распространенность остеопороза и выявить связанные с ним факторы риска среди женщин в постменопаузе города Бишкек (Кыргызская Республика). В исследование были включены 470 женщин в постменопаузальном периоде, и проживающие не менее 5 лет в городе Бишкек (Кыргызская Республика), включая подопечных Бишкекского социального стационарного учреждения (дом-интернат для престарелых). Возраст участниц колебался от 45 до 89 лет, средний возраст составил 60,1 ± 14,03 (95 % ДИ 51,49-70,18). Все участницы исследования обследованы при поступлении на стационарное лечение в Многопрофильную клиническую больницу № 2 города Бишкек, с июля 2023 по август 2024 годы. У женщин в постменопаузе распространенность остеопороза составила 20,8 %, остеопенического синдрома – 43,0 % и нормальной минеральной плотности костной ткани – 36,2 %. Так, у участниц исследования с большей продолжительностью менопаузы более 10 лет, и с сопутствующим сахарным диабетом второго типа наблюдалась более высокая распространенность остеопороза (р < 0,05). Кроме того, у участниц с семейным анамнезом симптомов, связанных с остеопорозом и переломами костей, а также у лиц с собственным анамнезом переломов костей также наблюдалась более высокая распространенность остеопороза (р < 0,05). Курение плохо сказывалось на здоровье костей (p < 0,026). В этом исследовании общая распространенность остеопороза среди женщин в постменопаузе составила 20,8 %, а остеопении – 43,0 %. Повышение осведомленности и поощрение изменения образа жизни могут помочь снизить риск и бремя остеопороза среди женщин этой возрастной группы
Ключевые слова:
минеральная плотность костной ткани; ультразвуковая денситометрия; остеопороз; женщины; постменопаузаБиблиографические ссылки
[1] Xiao PL, Cui AY, Hsu C-J, Peng R, Jiang N, Xu XH, et al. Global, regional prevalence, and risk factors of osteoporosis according to the World Health Organization diagnostic criteria: A systematic review and meta-analysis. Osteoporos Int. 2022;33(10):2137–53. DOI: 10.1007/s00198-022-06454-3
[2] Khan AA, Slart RHJA, Ali DS, Bock O, Carey JJ, Camacho P, et al. Osteoporotic fractures: Diagnosis, evaluation, and significance from the International Working Group on DXA best practices. Mayo Clin Proc. 2024;99(7):1127–41. DOI: 10.1016/j.mayocp.2024.01.011
[3] Yu JS, Krishna NG, Fox MG, Blankenbaker DG, Frick MA, Jawetz ST, et al. ACR Appropriateness criteria® osteoporosis and bone mineral density: 2022 update. J Am Coll Radiol. 2022;19(11):417–32. DOI: 10.1016/j.jacr.2022.09.007
[4] Aibar-Almazán A, Voltes-Martínez A, Castellote-Caballero Y, Afanador-Restrepo DF, Carcelén-Fraile MDC, López-Ruiz E. Current status of the diagnosis and management of osteoporosis. Int J Mol Sci. 2022;23(16):9465. DOI: 10.3390/ijms23169465
[5] LeBoff MS, Greenspan SL, Insogna KL, Lewiecki EM, Saag KG, Singer AJ, et al. The clinician’s guide to prevention and treatment of osteoporosis. Osteoporos Int. 2022;33(10):2049–102. DOI: 10.1007/s00198-021-05900-y
[6] Poçan AG, Sönmezer M, Topal K, Aslan B, Gereklioğlu Ç, Sönmezer M. Investigation of the risk factors associated with osteoporosis in postmenopausal women. J Turk Ger Gynecol Assoc. 2023;24(4):235–40. DOI: 10.4274/jtgga.galenos.2023.2023-7-9
[7] Imanalieva FE, Tagaev TJ, Marishbek E, Mamatov SM. Bone mineral density measured by ultrasound densitometry in adult population of the Kyrgyz Republic. Clin Gerontol. 2022;28(5–6):63–8. DOI: 10.26347/1607-2499202205-06063-068
[8] Tagaev TJ, Imanalieva FE, Mamatov SM, Marishbek E, Tagaeva BT. Prevalence of osteopenic syndrome and osteoporosis among residents of the older age group of Kyrgyzstan. Acta Biomed Sci. 2022;7(4):130–7. DOI: 10.29413/ABS.2022-7.4.16
[9] World Medical Association. World medical association declaration of Helsinki: Ethical principles for medical research involving human participants. JAMA. 2025;333(1):71–4. DOI: 10.1001/jama.2024.21972
[10] Woodson GC. Risk factors for osteoporosis in postmenopausal African-American women. Curr Med Res Opin. 2004;20(10):1681–7. DOI: 10.1185/030079904X3285
[11] Bener A, Saleh NM. Low vitamin D and bone mineral density with depressive symptoms burden in menopausal and postmenopausal women. J Midlife Health. 2015;6(3):108–14. DOI: 10.4103/0976-7800.165590
[12] Gupta R, Al-Saeed O, Azizieh F, Albusairi A, Gupta P, Mohammed A. Evaluation of bone mineral density in postmenopausal women in Kuwait. J Clin Densitom. 2012;15(2):211–6. DOI: 10.1016/j.jocd.2011.10.006
[13] Tian L, Yang R, Wei L, Liu J, Yang Y, Shao F, et al. Prevalence of osteoporosis and related lifestyle and metabolic factors of postmenopausal women and elderly men: A cross-sectional study in Gansu province, Northwestern China. Medicine (Baltimore). 2017;96(43):e8294. DOI: 10.1097/MD.0000000000008294
[14] Tenenhouse A, Joseph L, Kreiger N, Poliquin S, Murray TM, Blondeau L, et al. Estimation of the prevalence of low bone density in Canadian women and men using a population-specific DXA reference standard: The Canadian Multicentre Osteoporosis Study (CaMos). Osteoporos Int. 2000;11(10):897–904. DOI: 10.1007/s001980070050
[15] Adewole OA, Idowu SO, Shoga MO, Kayode MO, Adelowo OO. Frequency of osteoporosis in Black Nigerian women aged 50 and above with degenerative musculoskeletal diseases and fractures. West Afr J Med. 2021;38(4):342–6.
[16] Kanis JA, Cooper C, Rizzoli R, Reginster JY. European guidance for the diagnosis and management of osteoporosis in postmenopausal women. Osteoporos Int. 2019;30(1):801. DOI: 10.1007/s00198-018-4704-5
[17] Sharma S, Khandelwal S. Effective risk assessment tools for osteoporosis in the Indian menopausal female. J Midlife Health. 2010;1(2):79–85. DOI: 10.4103/0976-7800.76217
[18] Nikose S, Singh P, Khan S, Arora M, Taywade S, Gudhe M, et al. Prevalence of osteoporosis in female population in rural central India [by calcaneal ultrasound]. J Womens Health Care. 2015;4(5):1000262. DOI: 10.4172/2167-0420.1000262
[19] Salari N, Ghasemi H, Mohammadi L, Behzadi MH, Rabieenia E, Shohaimi S, et al. The global prevalence of osteoporosis in the world: A comprehensive systematic review and meta-analysis. J Orthop Surg Res. 2021;16:609. DOI: 10.1186/s13018-021-02772-0
[20] Inoue T, Maeda K, Satake S, Matsui Y, Arai H. Osteosarcopenia, the co-existence of osteoporosis and sarcopenia, is associated with social frailty in older adults. Aging Clin Exp Res. 2022;34:535–43. DOI: 10.1007/s40520-021-01968-y
[21] Zhou P, Zhang H, Nie Y, Zhang Y, Wang Y. Advances in the research field of osteoporosis in cold areas. Frigid Zone Med. 2022;2(1):1–9. DOI: 10.2478/fzm-2022-0001
